Журнал индустриальной истории

Телеграмм-канал:  @rustechnic
Youtube-канал:   https://www.youtube.com/c/РусскийТехник

По вопросу сохранения памятников индустриальной культуры

Каркас на Шуховской башне
Недавняя новость про установку поддерживающих опор на шуховской башне на Шаболовке несколько озадачила. На памятник индустриальной архитектуры установить поддерживающие опоры - это как дать костыли человеку, вместо того, чтобы лечить его ноги. В 70-х башню уже ремонтировали, используя сварку и корявые уголки, не считаясь с первоначальным обликом конструкции. Считается при этом, что этот ремонт был топорным и кощунственным для исторической целостности башни. Так же и сейчас, по соображениям явно экономического характера оставить уродливый каркас внутри башни посчитали более целесообразным, чем отремонтировать ее, сохранив первоначальный облик. Остается надежда, что каркас все-таки - временное явление на период замены проржавевших заклепок.


По всей стране индустриальное наследие, и так небогатое, подвергается варварским нападкам жадных до денег коммерсантов. Одну из вышек ЛЭП, построенных по проекту Шухова 1926 года, уже свалили и разобрали на металлолом. Осталась еще одна, формально охраняемая государством, но реально - совершенно беззащитная перед мародерами.
Опора ЛЭП конструкции Шухова. Построена в 1926-1929 г.

Собственники предприятий, получившие их в результате приватизации недавних лихих 90-х и поэтому не испытывающие абсолютно никаких эмоций к истории, традициям и наследию управляемого ими предприятия, с легкостью режут металлоконструкции 100-летней давности и без зазрения совести сдают их на металлолом. Так, например, в Новокузнецке поступили с домнами и мартенами - их просто начисто срезали.

А ведь мартеновский цех на КМК проектировал тоже Шухов. И это обошлось уже немолодому тогда инженеру весьма дорого - у него случился сердечный припадок, вызванный, по всей видимости, трениями с американцами по поводу проекта. Вот как об этом написано в книге "Повесть о великом инженере":

2 августа 1930 года Владимир Григорьевич делает в своей тетради краткую пометку: «Проверка американцами наших расчетов и чертежей Кузнецкого строительства». Запись, датированная 3 августа, показывает, что научно обоснованным расчетам Шухова консультанты противопоставляют свои, весьма упрощенные расчеты, полностью списанные из распространенной тогда в Соединенных Штатах книги Мило «Проектирование сооружений сталеплавильных цехов».

«Сердечный припадок». Только эти два слова содержит запись от 5 августа. Нелегко, надо полагать, Владимиру Григорьевичу (в эту пору ему уже исполнилось 77 лет) давались длительные дискуссии и споры. На следующий день Шухов снова на ногах, снова продолжает борьбу за свой проект. Вот строчки, помеченные 6 августа: «Американцы настаивают на поправках нашего проекта Кузбасса. Требуют изменения колонн, верхних связей, оснований и т. д. Особые требования предъявляют к жесткости секций длиной 60 метров».

Если верить мемуарам тогдашнего руководителя Кузнецкстроя Бардина, Шухов пробил-таки свой проект, не изменив его в угоду американцам:
  ...американские консультанты приехали лишь тогда, когда не только были уже готовы рабочие чертежи, но даже были изготовлены основные колонны, и им пришлось согласиться с проектом «Паростроя».
Это мартеновское здание по количеству печей, по их размерам и тоннажу являлось в те времена первым в мире. К проекту приступили в августе 1929 года, рабочие чертежи стали получаться в июне 1930 года. Четыре печи вместе со зданием на шесть печей были готовы в сентябре 1932 года, и первая печь дала первую плавку.
Здание было значительно экономнее последующих мартеновских цехов других заводов, спроектированных под руководством американцев. Оно было рассчитано сразу на двойную садку и в эксплуатации не потребовало никакого укрепления подкрановых балок и колонн.
В статье "Кузбасского рабочего", написанной  в связи со сносом того самого мартеновского цеха, с сожалением констатируется, что этот случай индустриального вандализма - не единичный:
Демонтаж мартеновского цеха КМК. Наше время.
И вот Кузнецкого комбината нет. Первую домну, объявленную историческим памятником, с фундаментом из дикого камня разобрали, не моргнув глазом. Да что им дело до нашей славы? Их деньги где-нибудь в Люксембурге, а дети - в Кембридже. Здесь они только зарабатывают, выжимая последнее из непостроенного ими.
А что же у НИХ? Как обстоят дела с сохранением индустриальной истории на западе? Автор сокрушается огромной пропастью между отношением к индустриальной истории в России и в США:

...Когда-то в Питтсбурге нас повезли в местный музей города. Это оказался старый  металлургический завод на берегу реки Аллегейни, который был превращен в музей. Там сохранили все металлургические агрегаты, превратив их в экспонаты, - домна и мартеновская печь в разрезе показывают, как шли процессы выплавки чугуна и стали. Фотографии рассказывают о страшном смоге, висевшем над этим крупнейшим сталеплавильным центром США. Зайдя в одно из помещений, где в полумраке мерцали свечи, а за стеклами витрин располагались старинные расшитые одежды, я впервые услышал песнопение старообрядцев, до сих пор живущих в окрестностях Питтсбурга. 
Собственно, вот так стирается история России, как индустриальной страны.